schrotmueller | Выпендрёж.

Начало бреда на букву "В". Продолжение последует, как соберусь с мыслями.
Виолончелист Вазелинов вздумал вешаться. Волоча виолончель, ввалился в вонючий вертеп выпить водки — всё-таки вешаться-вещь важная. Выбрал вяз возле вокзала. Верёвку выпросил вчера во время «Валькирии» - выручил валторнист. Виолончелист возился в ветвях вяза, вдруг взгляд виолончелиста вперился в варьете «Вена», выстроенное вроде в восемнадцатом веке. Вечером выступает великий Виллибальд — вспомнил Вазелинов. В варьете втаскивали восьмирядный «Вурлитцер» - Виллибальда возмущали «Верси», «Вермоны», выпотрошенные, видавшие виды «Вельте». Выход: всюду возить в вагоне «Вурлитцер». Виртуоз выступал в Вашингтоне, в Висбадене, в Венеции, в Васюках, в Вуппертале — вообще везде.

Вломов, владелец варьете, вылакал валерьянку, вздыхая: «Влюбиться в вагоновожатую! Вот ведь влип!» Вагоновожатая Вера вертела Вломовым всячески, временами взбрыкивая.
Виолончелист Вазелинов взволнованно взирал вдаль. Вдруг в вяз врезался вишнёвый «Вольво». Водитель, встрёпанный верзила, выскочил, витиевато выражаясь - вспоминая всяческие возможности вагины. Виолончелист, валясь вниз, выругался вычурнее — вспомнил врагов, врачей, второго виолончелиста. Вдруг верзила воскликнул: «Вазелинов? Вот ведь встреча! Великолепно! Выпьем водки, Вазелинов! Вечером, в варьете!» «Выпьем», - вяло вздохнул виолончелист. Вешаться — весьма волнительно. Выпивать веселее.
Верёвка висела в ветвях вяза — вряд-ли валторнист возжаждет возвращения. Взяв виолончель, Вазелинов вошёл в варьете. Вдруг возник ветеринар, везший ванну. В ванне возлегала вяленая вобла. Вобла вещала всякий вздор: «Воззри внутрь. Возьми вертел. Включи вентилятор!» Вазелинов встряхнулся. Вот владения виртуоза Виллибальда. Виллибальд в валенках возится возле «Вурлитцера». Вокруг вьются восторженные воздыхательницы: «Виллибальд, вам вареников? Ветчины? Ватрушек?» «Всего!» - восклицает Виллибальд, - «Ватрушек, вареников, ветчины, варенья, вина, водки, воблы, волнушек, винограду, вермишели — всего!»